Любовь ЛУКИНА
Евгений ЛУКИН
ГОСУДАРЫНЯ


По роду службы ему часто приходилось вторгаться в мир чьих-либо грез
и, причинив этому миру по возможности минимальный ущерб, приводить
человека обратно - в реальную жизнь.
Проклятая, признаться, должность...
Вот и сейчас - ну что это за строение возвышалось перед ним? Храм не
храм, дворец не дворец - нечто безумно вычурное и совершенно непригодное
для жилья.
Он осторожно тронул костяшками пальцев металлическое кружево дверец,
и все же стук получился громким и грубый. Как всегда.
С минуту все было тихо. Потом из глубины дворца послышались быстрые
легкие шаги, тревожный шорох шелка - и двери отворились. На пороге,
придерживая створки кончиками пальцев, стояла синеглазая юная дама
ошеломительной красоты.
- Фрейлина государыни, - мелодично произнесла она, с удивлением
разглядывая незнакомца.
"С ума сошла! - обескураженно подумал он. - Да разве можно окружать
себя такими фрейлинами!"
В двух словах он изложил причину своего появления.
- Государыня назначила вам встречу? - переспросила фрейлина. - Но кто
вы?
- Государыня знает.
Синеглазая дама еще раз с сомнением оглядела его нездешний наряд.
Незнакомец явно не внушал ей доверия.
- Хорошо, - решилась она наконец. - Я проведу вас.
И они двинулись лабиринтом сводчатых коридоров. Он шел, машинально
отмечая, откуда что заимствовано. Таинственный сумрак, мерцание красных
лампад... И хоть бы одна деталь из какого-нибудь фильма! Можно подумать,
что государыня вообще не ходит в кино.
- А где у вас тут темницы? - невольно поинтересовался он.
- Темницы? - изумилась фрейлина. - Но в замке нет темниц!
- Ну одна-то по крайней мере должна быть, - понимающе усмехнулся он.
- Я имею в виду ту темницу, где содержится некая женщина...
- Женщина? В темнице?
- Да, - небрежно подтвердил он. - Женщина. Ну такая, знаете,
сварливая, без особых примет... Почти каждую фразу начинает словами
"Интересное дело!.."
- Довольно вульгарная привычка, - сухо заметила фрейлина. - Думаю,
государыня не потерпела бы таких выражений даже в темницах... если бы они,
конечно, здесь были.

Коридор уперся в бархатную портьеру. Плотный тяжкий занавес у
входа...
- Подождите здесь, - попросила фрейлина и исчезла, всколыхнув складки
бархата.
- Государыня! - услышал он ее мелодичный, слегка приглушенный
портьерой голос. - Пришел некий чужестранец. У него странная одежда и
странные манеры. Но он говорит, что вы назначили ему встречу.
Пауза. Так... Государыня почуяла опасность. Никаким чужестранцам она,
конечно, сегодня встреч не назначала и теперь лихорадочно соображает, не
вызвать ли стражу. Нет, не вызовет. Случая еще не было, чтобы кто-нибудь
попробовал применить силу в такой ситуации.
- Проси, - послышалось наконец из-за портьеры, и ожидающий изумленно
приподнял бровь. Голос был тих и слаб - как у больной, но, смолкнув, он
как бы продолжал звучать - чаруя, завораживая...
- Государыня примет вас, - вернувшись, объявила фрейлина, и ему
показалось вдруг, что говорит она манерно и нарочито звонко. Судя по
смущенной улыбке, красавица и сама это чувствовала.
Поплутав в складках бархата, он вышел в зал с высоким стрельчатым
сводом. Свет, проливаясь сквозь огромные витражи, окрашивал каменный пол в
фантастические цвета. В тени у высокой колонны стоял резной деревянный
трон - простой, как кресло.
Но вот вошедший поднял глаза к той, что сидела на троне, и
остановился, опешив.
Все было неправильно в этом лице: и карие, небольшие, слишком близко
посаженные глаза, и несколько скошенный назад подбородок, да и нос излишне
длинноват...
Каким же образом все эти неправильные, некрасивые черты, слившись
воедино, могли обернуться столь тонкой, неповторимой красотой?!
- Простите за вторжение, государыня, - справясь с собой, заговорил
он, - но я за вами...
- Я поняла... - снова раздался этот странный глуховатый голос, после
которого все остальные голоса кажутся просто фальшивыми.
- Вы выбрали крайне неудачное время для уединения... - Он чуть ли не
оправдывался перед ней.
Не отвечая, государыня надменно и беспомощно смотрела куда-то в
сторону.
- Мне, право, очень жаль, но...
- Послушайте! - яростным шепотом вдруг перебила она. - Ну какое вам
всем дело!.. Даже здесь! Даже здесь от вас невозможно укрыться!.. Как вы
вообще посмели прийти сюда!
И что-то изменилось в зале. Видимо, освещение. Многоцветные витражи
побледнели, краски начали меркнуть.
- Ну что делать... - мягко ответил он. - Работа.
- Паршивая у вас работа! - бросила она в сердцах.
Пришелец не обиделся. В мирах грез ему приходилось выслушивать и не
такие оскорбления.
- Да, пожалуй, - спокойно согласился он. - Но, знаете, не всегда. Дня
три назад, к примеру, я получил от своей работы истинное наслаждение -
отконвоировал в реальность вашего замдиректора.
- Что?.. - Государыня была поражена. - Замдиректора?.. И какие же у
него грезы?
- Жуткие, - со вздохом отозвался он. - Все счеты сведены, все
противники стерты в порошок, а сам он уже не заместитель, а директор.
Предел мечтаний...
- А вы еще и тактичны, оказывается, - враждебно заметила государыня.
- Зачем вы мне все это рассказываете? Развлечь на дорожку?
Стрельчатые высокие окна померкли окончательно, в огромном холодном
зале было пусто и сумрачно.
1 2